admin / 19.07.2020

Усадьба в русском стиле

Стиль «русская усадьба» прежде всего ассоциируется с летним загородным домом, такие интерьеры были особенно популярны в дворянских имениях XVIII-XIX веков.

Дворянское поместье в России — это не шикарный каменный дворец с колоннами, а, скорее, родовое имение в провинции, зачастую очень просторный, но деревянный дом, без архитектурных изысков. В таких резиденциях провели детские годы многие отечественные писатели, поэты, художники.

Усадьбы также называли дачами, во многом из-за простоты помещений. Чтобы воссоздать дух того времени, нужно придерживаться нескольких правил.

Полы в загородном поместье, как правило, деревянные, но возможно и использование паркета.

Мебель — из натурального дерева, на тонких ножках. Аутентичность жилищу придадут антикварные вещи: старинный буфет, абажур, горка, секретер. Увлекаться антиквариатом не стоит, пусть таких предметов будет лишь несколько, но они зададут тон всему помещению.

Добавит «старины» и особое оформление стен. Например, можно подобрать обои с рисунком, имитирующим ткань, или оставить стены деревянными и покрасить светлой краской.

В усадебном стиле светлые цвета преобладают во всём: в обрамлении дверей, окон, плинтусах, карнизах. В декоре стен можно использовать изразцы — бело-голубую плитку — или украсить ими печь или камин.

Усадьба Кусково

Время от времени в среде профессионалов и любителей садового дела разгораются жаркие дискуссии на тему «Русский сад». Спорят о том, что такое русский сад, каковы его характерные черты и можно ли вообще говорить о русском стиле садового искусства.

История вопроса

Богатая история вопроса, различие художественных подходов и направлений в разное время и в разных регионах нашей огромной страны, постоянное внешнее влияние вкупе с недостатком информации о садах прошлого значительно усложняют оценку самобытности и оригинальности русского сада.

Тем не менее многие специалисты сходятся во мнении, что существует сложившееся представление о русском саде, воспринимаемое не только объективно, по его характерным чертам, но и субъективно, на эмоциональном уровне. Действительно, в тех случаях, когда речь идет о русских садах и усадьбах, для большинства из нас такие выражения, как «темные аллеи», «бабушкин сад» или «дворянское гнездо» и порождают поток определенных ассоциаций и образов.

Надо признать, что русское садово-парковое искусство на протяжении веков своего развития впитало в себя многообразные заимствования. Русская народность, как известно, не относится к самым древним этносам, она сформировались из восточнославянских племен менее тысячи лет назад. К этому времени уже давным-давно существовали регулярные сады Нила и Междуречья, древнегреческие сады-перистили, сложные пейзажные парки китайских императоров, эклектичные сады при виллах римской знати или средневековые монастырские клуатры.

Позже утилитарные и декоративные русские сады также перенимали черты европейского садового искусства, пережившего популярность регулярного и пейзажного стилей. Многое из того, что в наших садах нам представляется исконно русским, так или иначе пришло извне. В XVIII–XIX веках большинство квалифицированных садовников в российских усадьбах составляли англичане, немцы и другие иностранцы.

Однако чужие садовые стили и приемы в известной степени переиначивались и подстраивались под реалии российской культуры и ментальности, характер быта, особенности климата, ландшафта и природной среды. Поэтому уже к середине XIX столетия, когда, как принято считать, усадебное садоводство в России находилось на пике своего развития, сложились основные черты русского сада.

Известно, что уважаемый знаток истории садового дела В. Курбатов называл русское садовое искусство подражательным и предлагал вернуться от произвольной и эклектичной разбивки садов к формальным принципам планировки. Большой авторитет садоводства в России А. Регель также ставил под сомнение существование какого-то особого русского садового стиля. Но с другой стороны, он выделял национальный облик русского сада, подчеркивая его связь с природой, чудесными российскими лесными пейзажами. Он писал: «Простые русские сады, в их дикой, естественной красе, стояли ближе к истинному художеству, чем регулярные насаждения романского стиля, и, быть может, именно по этой причине инстинктивно нравились русскому народу».

Чужие садовые стили и приемы переиначивались и подстраивались под реалии российской культуры и ментальности, характер быта, особенности климата, ландшафта и природной среды. Уже к середине XIX столетия сложились основные черты русского сада.

В. Поленов. Бабушкин сад С. Виноградов. В усадьбе С. Виноградов. Усадьба

Русский характер

Сад, как и другие объекты культуры и искусства, является отражением национального характера. Поэтому для русского сада, если так можно выразиться, характерны широта и радушие, некоторая небрежность, а также загадочность, приписываемая русской душе. Русский усадебный сад – свободный и естественный, немного запущенный, слегка непричесанный, в противоположность вылизанным немецким или голландским садам. Наверное, это тоже можно считать отражением душевных свойств русского человека, вся жизнь предков которого была теснейшим образом связана с лесом.

Русским усадебным и дачным садам присущ характер личный, интимный, даже, в архаичном понимании, затворенный. Это касается как традиционных для нас ограждений, так и соотношения открытых и закрытых пространств на участках в пользу последних. Одна из особенностей усадебного стиля жизни состоит в том, что соседи при этом, как правило, не доставляют беспокойств. А потому в большинстве случаев не возникает нужды специально отгораживаться от них.

С появлением дач, а тем более садовых товариществ, возник совершенно иной, если можно так выразиться, «шестисоточный» тип частного сада, где для сохранения личного пространства стали остро востребованы ограждения, от частого штакетника или увитой девичьим виноградом сетки-рабицы до плотной живой изгороди.

В изданном в конце XVIII века каталоге растений Нескучного сада усадьбы известного миллионера-заводчика П.А. Демидова перечислено около 6000 видов и 2000 садовых форм.

Усадьба Перовское Летний сад. Петербург Нижний парк. Петергоф

Свобода и простор

Так все-таки что же являет собой русский сад? У каждого человека, конечно же, могут складываться свои собственные представления о нем. Кому-то он более всего напоминает монастырский «рай», иной представляет себе романтический усадебный сад позапрошлого века, а кто-то, может быть, профессорскую дачу в лесу, где топят самовар сосновыми шишками.

Тем не менее можно попытаться вообразить себе обобщенный облик русского сада, описать характерные черты. В его основе лежит красивый среднерусский пейзаж с равнинным, а еще лучше, холмистым ландшафтом, причем не искусственным, а естественным. Известно, что изменение облика местности при строительстве усадьбы и разбивке сада в прежние времена обычно не превращалось в кардинальную переделку пейзажа и конструирование идеального пространства, как это происходило в Англии во времена Уильяма Кента и Ланселота Брауна. В основе ландшафта русской усадьбы оставался природный ландшафт, однако кое-где подправленный и облагороженный.

Возвращаясь к собирательному образу русского сада, представим его особые черты и элементы. Скорее всего, это просторный сад, устроенный в свободном, пейзажном стиле. Вполне вероятно, что он будет иметь регулярную планировку возле жилья или хотя бы элементы ее алименты во входной и парадной зонах. Это может быть прямая подъездная аллея от ворот к дому или, например, круглая клумба перед входом.

Хорошо, если из сада открывается хотя бы один симпатичный вид на окрестности. Такой сад не зажимают слишком плотно «спины» соседних участков. Очевидно, что хотя обширные частные пейзажные парки сегодня могут позволить себе лишь единицы, размеры описываемого нами русского сада не могут быть слишком уж миниатюрными. В моем представлении речь может идти об участках в 30–40 соток и более.

Свободная структура русской усадьбы входит в некоторое противоречие с системой маленьких замкнутых садовых комнат, распространенной во многих европейских садах, хотя сам принцип зонирования – устройство обособленных мест или профильных участков, объединенных в единое целое, – можно считать общим для всех стилей. В условиях лимитированного пространства большинства современных садов целесообразно, наверное, ограничить набор функциональных зон и разных по стилю элементов на одном участке.

Русский усадебный сад – свободный и естественный, немного запущенный, слегка непричесанный, в противоположность вылизанным немецким или голландским садам.

Русская борзая – обитатель дворянских усадьб Усадьба Архангельское. Липовая аллея Белый вазон – традиционное укрышение усадебного сада

Аллеи, пруды и ротонды

И все-таки без основных зон, характерных для усадебного сада, не обойтись. Во-первых, это оформленная входная группа, затем – прогулочная зона, которую можно устроить не только в лесной, пейзажной части участка, но и в почти обязательном плодовом саду, где дорожка будет петлять между яблоневыми, сливовыми и вишневыми деревьями. В больших садах обсадка дорожек и подъездных путей липами, дубами, березами или хвойными превратит их в столь характерные для усадеб аллеи.

Следуя традициям, надо разбить огород, в котором будут выращиваться овощи, ягодные кустарники, лекарственные и пряно-ароматические травы: мята, базилик, тимьян, иссоп и шалфей. Построить оранжерею для цитрусовых, инжира, кофе, лавров, олеандров, пальм и других экзотов может позволить себе далеко не каждый, а вот соорудить небольшую теплицу на участке многим вполне по силам.

Непременным элементом русского усадебного сада были пруды. Иногда ограничивались одним водоемом, но часто устраивали целую каскадную систему прудов, причем разных по назначению: для купания, для разведения рыбы, катания на лодках или стирки. Водоемы соединяли протоками, через которые перекидывали мостики, в больших прудах сооружали острова, где ставили беседку или высаживали живописную группу деревьев. Пруды обсаживали по периметру деревьями, чаще всего липой, ольхой, тополем и, конечно, ивой. Так что без пруда в современном русском саду никак не обойтись.

Как и без архитектурных форм. Жилье и природное окружение связывались посредствам террас и веранд (возле дома), ротонд, павильонов, беседок-миловидов, где можно было проводить время с книгой, за рукоделием или в беседах с родными и друзьями. Соединить сад с домом всегда помогают различные вертикальные конструкции: арки, перголы, шпалеры, увитые вьющимися растениями, или зеленые туннели огибных аллей – берсо, а также расставленные в живописных местах скамьи.

Живописные группы и густые посадки пахучих кустарников вдоль дорожек, тенистые аллеи, древесный полог, создающий таинственный полумрак парка, плотные купы зелени в обсадке опушек, благоухание цветущих яблонь в плодовом саду, окружающие усадьбу березовые рощи – все это не поэтические образы, а реальные черты, формирующие облик русского сада.

Русский сад, гармонично сочетающий в себе утилитарность, удобство и декоративность, навевающий романтические, а также, возможно, и патриотические настроения, вполне может вписываться в реалии современного мира

Пруд в частном саду Современная стилизация русского сада Ротонда у пруда в частном саду

Что сажали

В заключение следует остановиться на флористическом составе русского сада. Многим из нас кажется, что в прежние годы перечень используемых в садах видов растений был весьма ограничен. Однако это не так. Конечно, современный рынок посадочного материала изобилует редкими когда-то видами и бесчисленными сортами, число которых увеличивается с каждым годом. Однако, знакомясь со списками растений 150–200-летней давности, рекомендуемых для посадки в российских садах, удивляешься их обширности. К слову сказать, в изданном в конце XVIII века каталоге растений Нескучного сада усадьбы известного миллионера-заводчика П.А. Демидова перечислено около 6000 видов и 2000 садовых форм.

Основную долю в составе древесно-кустарниковой растительности в русских усадебных садах занимали, конечно же, местные виды, хотя уже примерно с конца XVI – начала XVII века в них стали высаживать доставляемые из разных краев растения-интродуценты: желтую акацию, бузину красную, клен серебристый и к. ясенелистный, кедровые сосны, каштаны, ставшие хрестоматийными чубушник венечный, сирень обыкновенную. Позднее привозили сирень венгерскую и с. персидскую, клен приречный, иргу ольхолистную, пихты и лиственницы, американские ели и сосны, тополь бальзамический, дуб красный, птелею трехлистную, робинию псевдоакацию, тую западную и можжевельники. С Тихоокеанского побережья России доставляли орех маньчжурский, черемуху Маака, бархат амурский, различные лианы и многие другие виды дальневосточной флоры.

Но чаще всего в усадебных садах и парках можно было встретить наши обычные древесные виды, в аллейных, групповых и массивных посадках – липу мелколистную, березу бородавчатую и б. пушистую, стройную рябину обыкновенную, могучий дуб черешчатый, ясень высокий, сосну обыкновенную, тополь белый и т. черный.

В живых изгородях и группах, возле мест отдыха высаживали калины, жимолости, клен татарский, душистые древесные виды и сорта (сирень, белую акацию, черемуху, чубушник, жимолость каприфоль и, конечно, кустовые и плетистые розы). Для шпалер и боскетов использовали стриженые липы, вязы, ели, боярышники, барбарисы, дерен белый, кизильник блестящий, пузыреплодник, спиреи и шиповники, а южнее – буки, грабы, бирючину и теплолюбивые самшиты.

Начиная с XVII века на клумбах сажали довольно много цветов, как многолетних, так и однолетних. Очень популярны были тюльпаны, нарциссы, гиацинты, лилии и другие луковичные, гвоздики и фиалки, ирисы и примулы, водосборы и георгины. Устраивая усадебный сад в русском стиле, нельзя не посадить в пестрых цветниках уже давно любимые русскими садоводами настурции и петунии, бархатцы и гелиотроп, левкои и душистый горошек.

Как видим, русский сад, гармонично сочетающий в себе утилитарность, удобство и декоративность, навевающий романтические, а также, возможно, и патриотические настроения, вполне может вписываться в реалии современного мира и служить образцом для подражания для многих владельцев загородных участков.

Усадьба Тригорское

Пруд в частном саду

Усадьба Архангкльское

РУССКАЯ УСАДЕБНАЯ КУЛЬТУРА И ЕЕ ОСОБЕННОСТИ В XXI ВЕКЕ

М А. Кузьмин

Среди широкого круга исторических памятников, составляющих культурный фонд России, особое место занимает усадьба — явление самобытное и многогранное. Русская усадьба — это не только архитектурный ансамбль определённого стиля, но и центр отечественной духовности, в котором сконцентрировались классические явления культуры. Отсюда возникает особое понятие, характеризующее специфику культуры России, — «мир русской усадьбы». В современной архитектурной практике всё чаще встречается термин «русская усадьба». Им пользуются фирмы, занимающиеся строительством на загородных участках. Создаётся впечатление, что современное общество обратилось к возрождению усадебной культуры. Но это явление совершенно другого порядка.

Термин по документам известен с XVII в., когда усадьба имела явно выраженный хозяйственный уклон. В середине XVIII — первой половине XIX вв. наступил расцвет усадебной культуры. Именно в этот период были созданы наиболее значительные загородные резиденции Петербурга и Москвы, с наибольшей последовательностью формировалась композиция усадебного ансамбля. Доминирующую роль, как правило, играл усадебный дом, а хозяйственные постройки были отнесены в глубину сада. Большое значение в создании художественного пространства усадьбы приобрёл парк, который мог быть регулярным, по типу Версаля, или романтическим, как в английской культуре. Расцвет усадебного строительства в значительной мере связан с тем, что в 1762 г. дворянство было освобождено от обязательной военной службы и с особенным вниманием занялось обустройством своих городских и сельских усадеб.

По словам поэта П. А. Вяземского, «главным признаком и отличительной принадлежностью» усадебной культуры была семейная жизнь1. Оттенок семейственности наложился на все формы досуга: литературное чтение, развитую систему форм «литературной домашности», женское рукоделие, музицирование, библиофильство, коллекционирование, непрофессиональную археологию2. Усадьбы XIX в. с их искусством, архитектурой, бытом и укладом жизни формировали культурный фон всей дореволюционной России, при этом сохраняя и присущие ей изначально хозяйственные функции.

Характерной чертой усадебной жизни было гостеприимство. Как правило, посетители усадеб гостили несколько дней — знакомились с усадебными музеями и коллекциями, составлявшими гордость владельцев, осматривали окрестности. Часто хозяева предоставляли возможность исследователям работать в семейном архиве или фамильной библиотеке, составленной, как правило, несколькими поколениями. В такой усадьбе было хорошо и комфортно всем: и учёным, и друзьям, и родственникам. Их воспоминания и письма рисуют необычайно тёплую, заду-

шевную атмосферу, которая складывалась во многом потому, что каждый, живший постоянно или временно в усадьбе, принимал активное участие в её жизни.

Вечером все собиралась в гостиной на домашние концерты. Играли на флейте, виолончели и гитаре. В домашних концертах принимали участие и дети. Когда не было музыки, затевали литературный диспут по поводу литературных новинок или учёных открытий. Участники даже составляли «протокол» обсуждения. Вечерами часто устраивались чтения вслух. Читали прозу И. С. Тургенева и Л. Н. Толстого, стихи А. С. Пушкина и М. Ю. Лермонтова. Часто вечерами готовились к домашним спектаклям — театр считался одним из средств художественного и литературного образования, а также воспитания подраставшего молодого поколения.

В праздничные дни каждый раз сочиняли новую программу вечеров, в которой обязательно была своя изюминка: концерт солистки Мариинского театра, выступление фокусника в парке, игры ряженых, представление боярского пира, живые картины, концерт балалаечников и т.д. Семейные торжества всегда очень оживляли дети. Они готовили танцы, затевали игры, а в липовом парке — городки. С большим оживлением к детям присоединялись и взрослые.

Как правило, владельцы больших имений занимались широкой благотворительностью и просветительством — в окрестных деревнях они на свои средства строили школы, больницы, богадельни, читальни, создавали учебные мастерские, нанимали персонал и учителей и содержали их на свой счёт.

Исследователи всегда рассматривали усадьбы как многоаспектные явления. И действительно, в понятии «русская усадьба» сфокусирован широкий спектр экономических, политических, социокультурных, художественных и философских проблем. Многие стороны провинциальной культуры трудно представить себе без дворянских «культурных гнёзд». Немало таких усадеб, создавших вокруг себя устойчивую духовную среду, было в центральных губерниях России.

После реформы 1861 г. усадьба изменилась и приобрела новые, не свойственные ей ранее черты. Изменился сословный состав владельцев усадеб, большая часть дворянских имений была приобретена представителями известных купеческих фамилий. В новых условиях в налаженных усадебных хозяйствах владельцы стремились сохранить их рентабельность, что нивелировало культурное присутствие усадьбы на общем фоне. Большинство конкурентоспособных дворянских поместий превращалось в сырьевой придаток промышленных центров3.

Художественная жизнь усадеб переродилась и внешне уподобилась более естественной и демократичной на рубеже Х1Х-ХХ вв. жизни дачной, органично вписавшейся в распространившуюся в это время культуру модерна. Несмотря на распространение дачной культуры, примеры усадебных комплексов во второй половине XIX — начале XX вв. ещё сохраняются. В Подольском районе (сейчас Домодедовский район Московской области) в 1890-х годах новым владельцем, представителем одной из самых известных в русской промышленности и русской культуре конца XIX — начала XX вв. фамилии Морозовых, В. Е. Морозовым была заново перестроена усадьба Нарышкиных Одинцово-Архангельское. Е. И. Кириченко относит архитектуру этих построек (ранний опыт выдающегося архитектора модерна

Ф. О. Шехтеля) к русскому варианту «перехода от эклектики к модерну «. По мнению автора, это «первый и самый ранний его этап», который «входит в русло общих для Европы и Америки попыток обновления архитектуры» и может расцениваться как выдающееся явление в архитектуре 1890-х годов4. В композиции усадебного дома заметно стремление отойти от жёсткой симметрии классицизма в расположении основных масс, придать им «подвижность» и живописную асимметрию, что сообщает общему решению здания дворцовый характер. В декоративном убранстве дома, по мнению специалистов, использована стилистика модерна5. Тот же принцип сочетания симметрии и асимметрии можно наблюдать и в общем художественном замысле ансамбля и парка.

Ещё одним примером усадьбы модерна является подмосковное владение Н. Д. Морозова Льялово — «Морозовка», ранее принадлежавшее князьям Бело-сельским-Белозерским. Льялово — новый, стилистически единый усадебный комплекс, построенный в 1908-1909 гг. по проекту архитектора А. В. Кузнецова, долгое время работавшего помощником Ф. О. Шехтеля. Усадебный дом не сохранился, он сгорел во время Великой Отечественной войны, поэтому судить о нём можно только по фотографиям. Внешний облик состоял из множества объёмов: башенок, эркеров, пристроек, фигурных балконов, террас, лестниц и переходов. Для московской архитектуры это была уникальная постройка, имевшая вид почти сказочного сооружения. Выразительный силуэт и образное богатство особняка, раскрывающееся при круговом осмотре, соотносятся с немецкими, голландскими и фламандскими постройками XIX в., в свою очередь возрождавшими средневековые готические и романтические традиции, лучшим интерпретатором которых считался А. В. Кузнецов0. Для разбивки нового парка Морозов пригласил известного ботаника и садовода, директора ботанического сада при МГУ — Р. Э. Регеля. Старый пейзажный парк был превращён в настоящее произведение искусства. В нём появились редкие для Подмосковья породы деревьев и кустарников, у пруда соорудили грот7.

Во второй половине XIX в. почти все усадебные владения, принадлежавшие древним боярским или дворянским родам, были проданы представителям купеческих фамилий. Таким примером является и бывшее владение Ховриных — «Грачёв-ка», купленная в 1895 г. купцом М. С. Грачёвым. Все усадебные постройки были спроектированы известным архитектором модерна Л. Н. Кекушевым, который по заказу владельца стилизовал «стиль Гарнье» — архитектора, автора проекта здания игорного дома в Монте-Карло8. Для него также характерна акцентированная асимметрия. Сложная композиция здания составлена из разновеликих объёмов, группирующихся вокруг центрального зала, увенчанного куполом. Фактически все внутренние помещения дома так или иначе выявлены объёмно. Это один из первых примеров применения разработанного Кекушевым пластического приёма раскрытия архитектурной формы, использованного впоследствии в композициях конструктивизма.

Новые усадьбы, очевидно, не имели характерной для прежних дворянских усадеб хозяйственной деятельности, то есть не являлись источником дохода. В промышленной среде прибыль получали от создаваемого на фабриках и заводах продукта, использовать для этого усадебные земли было нерационально. Усадебные

земли использовали как дачные участки — для отдыха и занятий любимыми делами, а тягу к сельскохозяйственным работам, если таковая была, восполняли занятием садоводством: практически все усадьбы этого времени имели сады и парки, где высаживали редкие для подмосковных земель растения, кустарники и деревья.

Но и в это время заметны отдельные примеры, когда русская усадьба сохраняла статус культурообразующей среды. Например, усадьбы, творческая атмосфера которых сыграла ведущую роль в формировании русской культуры конца XIX -начала XX вв. Это усадьба Ясная Поляна Толстых, владение Мамонтовых Абрамцево, Талашкино-Флёново, принадлежавшее княгине М. К. Тенишевой, Поленово — имение семьи художника В. Д. Поленова, репинские Пенаты9. Круг художников, писателей, учёных, общественных деятелей, собиравшихся в этих усадьбах, способствовал формированию эстетики русского модерна, по своей сути противопоставленной дворянской усадебной культуре.

Понятие «русская усадебная культура» сформировалось в науке во второй половине XIX в., как раз тогда, когда само явление стало исчезать из русской культурной жизни. В это время было введено определение термина «усадьба» — оно появилось в недавно вышедшем «Словаре живого великорусского языка» В. И. Даля. В современной историографии нет однозначного толкования этого понятия. Но в целом оно объясняется как архитектурный ансамбль с парком или вне парка и хозяйственные постройки10.

После Октябрьской революции неповторимый, уникальный мир усадьбы был разрушен. Факт классового уничтожения дворянской культуры показывает, что русская усадьба как культурный тип перестала существовать, не исчерпав своих возможностей.

Современное обращение к усадебной теме в научных исследованиях и публицистике мотивируется стремлением восстановить прерванную традицию, связывается с вопросами национальной самоидентификации11. Русская дворянская усадьба в современном культурном контексте прочитывается как одна из ключевых мифологем. Ностальгический характер публикаций, посвящённых утраченным формам культуры, определяется осознанностью отрыва от исконных начал, стремлением заполнить культурный разлом12.

Одним из важных понятий, возникающих при изучении усадебной культуры, является термин «дача». Как и усадьба, он достаточно многозначен и в литературе зачастую употребляется бездумно. Первоначально дачей назывался участок земли, либо принадлежавший государству, либо полученный дворянином за службу, либо приобретённый им13. Казённые дачи просуществовали вплоть до 1917 г. Те из них, чьи территории были в значительной степени заселены, обычно назывались лесными дачами. С XVIII в. дачами стали называть отдельные здания в усадьбах, сдававшиеся внаём на летние сезоны. По мере необходимости под дачи, помимо господского дома и флигелей, использовались любые постройки, которые можно было приспособить для жилья: оранжереи, павильоны, службы и т.п. До середины XIX в. не было и особой дачной архитектуры, так как специальных помещений для дачников не возводили, а использовали уже существующие. Первой дачей в этом

понимании стало Свиблово (Свирлово) Плещеевых (ныне в черте Москвы), нанятое голштинским герцогом Карлом-Фридрихом в 1722 г., которого вместе с приближёнными можно считать первыми подмосковными дачниками14. Не позднее второй половины XVIII в. дачами стали называть и небольшие загородные имения с усадьбами, которые обычно располагались недалеко от Москвы и уездных городов и служили своим владельцам лишь местом летнего отдыха, например, усадьба Якунчи-ковых «Черёмушки». Как правило, обработка земли здесь в принципе отсутствовала, а хозяйство сводилось к поддержанию усадьбы для различного рода «затей»15. В 1849 г. появилось издание «Как должно проводить лето на даче», в котором безымянный автор, описывая жизнь на даче, делает вывод, что всё должно быть подчинено отдыху и удовольствиям, а «иначе незачем приезжать на дачу»10.

К 1890-1900-м годам начинается массовое строительство дачных посёлков, возникавших, как правило, недалеко от железных дорог, строительство которых также приходится на это время. Посёлки строили на не освоенной ещё земле, планировки были наиболее выгодными для владельцев и основаны на прямоугольной сетке улиц, участки были максимально выровнены. Однообразие прямоугольной планировки компенсировалось разнообразием архитектурных решений каждого участка в отдельности, богатством стилистики дачных построек, обилием зелени. По правилам застройки запрещалась вырубка леса на территории участка, нельзя было застраивать более трети участка и устраивать глухие заборы, чтобы не нарушать естественные визуальные связи.

Стилистическая характеристика застройки дачных поселков была разнообразна. В 60-90-е годы XIX в. преобладают постройки в стиле западноевропейской эклектики, а также русской национальной архитектуры с многочисленными декоративными деталями в стиле И. П. Ропета (И. Н. Петрова) и В. А. Гартмана. В 90-е годы вновь преобладает псевдоготика, например, дача И. В. Морозова в Петровском парке, построенная Ф. О. Шехтелем. На рубеже веков строят в стиле модерн, например, дача А. И. Калиш на берегу Клязьмы, дача Р. В. Пфеффера в Сокольниках, дача В. А. Носенкова в Иваньково и др. Вновь возрождается интерес к формам национальной русской архитектуры, например, дача И. А. Александренко (постройка С. И. Вашкова) в посёлке Клязьма, к формам неоклассицизма, например, вилла «Чёрный лебедь» (архитекторы В. Д. Адамович и В. М. Маят), а также к формам английской и немецкой псевдоготики.

Кроме строительства дачных поселков на незастроенных землях, в это время усиливается тенденция распродажи или сдачи в аренду территорий старинных усадеб под дачное строительство. Эта ситуация описана в знаменитой пьесе А. П. Чехова «Вишнёвый сад».

Таким образом, на рубеже Х1Х-ХХ вв. существовало две формы загородных владений: сохранившаяся, но утратившая свой хозяйственный и культурообразующий статус усадьба, используемая только как место для отдыха и развлечения, и вновь возникшая дача, также с основной функцией летнего отдыха.

После длительного времени забвения любой формы собственности на землю, кроме традиционных «огородно-дачных соток», сегодня мы видим процесс возоб-

новления загородного строительства. Как более демократичный, сначала возродился процесс строительства элитных дачных посёлков. Но этот густо застроенный, практически без зелёных насаждений и закрытый глухими заборами участок жилья создаётся не для отдыха в общении с природой, с соседями и друзьями. Нередки случаи, когда покупатели элитного земельного участка не в состоянии находиться в окружении посторонних глаз, они ищут уединённости (от соседей, гостей, родственников). На первый взгляд кажется, что в архитектуре дачных посёлков отсутствует какая-то связь с архитектурными решениями начала XX в. Можно сказать, что она переживает период эклектики и бессистемно повторяет стилевые формы прошлых лет. И всё-таки в этой архитектуре есть положительное начало — сделать пребывание живущих в доме людей максимально комфортным. В этом она соотносится с архитектурными идеями периода модерна, хотя утилитарные качества постройки не совмещаются с их эстетическим выражением, или заказчики не ставят такой задачи перед архитекторами.

Более естественные условия предлагает усадьба. Сегодня вполне реально стать законным владельцем исторического архитектурно-ландшафтного ансамбля, давно утратившего статус государственного. Естественно, после полного или частичного воссоздания (реставрации, реконструкции) комплекса, включающего жилые, хозяйственные, парковые и другие объекты. При этом необязательно, чтобы новые постройки с абсолютной точностью копировали былые образцы. Внешне, конечно, желательно. Внутри же здание вполне может и должно быть ультрасовременным. Например, в модном стиле hight tech. Сегодняшняя усадьба «с историей» — это вовсе не дача в элитарном поселке, а сознательно выбранное и достаточно уединённое место для постоянного проживания всей семьи.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Современные усадьбы, безусловно, отличаются от старинных русских поместий. Однако в общих чертах они всё же возводятся в соответствии с прежними традициями. Особенно те комплексы, у которых было родовое дворянское имя. Так, по сведениям ведущих риэлтерских компаний Москвы, на сегодняшний день частные лица приобрели в собственность около 50 исторических усадеб.

Что касается обширных имений без какого-либо исторического прошлого, то они в основном тоже возводятся по критериям русской классики. В первую очередь это предполагает очень большой земельный участок с обязательно обустроенным ландшафтом, классическим английским парком вокруг центрального дома (дворца-новодела), тенистыми аллеями, клумбами, фонтанами, ажурными беседками, малыми архитектурными формами по всей территории, ротондами. Стиль усадебных построек ещё не сложился, так как это направление пока только определяется.

Современная усадьба продолжает линию развития усадьбы периода модерна и также лишена хозяйственного уклада. Но она лишена и культурообразующего статуса. Владельцы просто не ставят перед собой подобной задачи. В организации жизненного уклада заметно обращение к средневековой закрытости и замкнутости. Владельцы современных загородных усадеб стремятся оградить себя от внешнего мира. Руководители компаний, связанных с загородной недвижимостью, считают, что, «помимо статусной составляющей, тяготение людей к приобретению родового

имения можно объяснить попыткой обособиться от внешнего мира и его проблем, спокойно жить в удалении от шума и суеты в кругу семьи»17.

Можно предположить, что современные архитектурные и социокультурные проблемы, связанные с загородным строительством, получат своё разрешение тогда, когда изменится общественная позиция заказчиков.

1 Вяземский П. А. Московское семейство старого быта // Вяземский П. А. Эстетика и литературная критика. М., 1984. С. 370.

2 Летягин Л. Н. Русская усадьба: мир, миф, судьба. URL: http://www.mssian.s1avica.org/ articlel860.html (дата обращения: 20.03.11).

3 Там же.

4 КириченкоЕ. II. Федор Шехтель. М., 1973. С. 40.

5 Памятники архитектуры московской области. Каталог в 2 т. М., 1974. Т. 1. С. 119.

6 Архитектурная Москва. 1911. Вып. 1. С. 17.

I Нащокина М. В. Усадебные постройки А. В. Кузнецова для семьи Морозовых // Труды первых Морозовских чтений. Ногинск, 1995.

8 Нащокина М. В. К интерпретации образной структуры усадьбы Грачевка // Остафьевский сборник. 1994. Вып. 3.

9 Летягин Л. Н. Указ. соч.

10 Коробко М. Ю. Начало науки об усадьбах // История. М.: «Первое сентября», 2003. №№ 34-35.

II Летягин Л. Н. Указ. соч.

12 Там же.

13 Кпючевский В. О. Русская история. М., 1992. С. 115.

14 Капустин В. А. Леоново. М., 1908. С. 23.

15 Коробко М. Ю. Указ. соч.

16 Павлова Т. Г. К истории подмосковных дач // Московский журнал. 1997. № 2.

С. Т. Махлина

Интерьер русской усадьбы

Усадьба — это дом вне городской черты вместе с хозяйственными постройками и некоторой частью земли, находящейся под огородами, садами и иными сельскохозяйственными интенсивными культурами.

В последней четверти XVIII века в России в глухой провинции еще существовали помещичьи деревянные рубленые дома. В центре таких домов по традициям седой старины находились сени, а справа и слева -жилые комнаты с встроенными в бревенчатые стены лавками. После указа 1775 года, который укреплял роль дворянства на местах, так как все местное управление сосредоточивалось в губернских правительственных учреждениях, начинают отстраиваться дома губернаторов, а за ними дворянства и крупного купечества. Указ 1762 года об освобождении дворян от обязательной службы усилил ощущение свободы и возможности заняться своим благосостоянием. В усадебных домах стали белить стены по городскому образцу, обивать их расписным холстом, бумажными обоями281, иногда даже штофом. Строят каменные барские дома с колоннами и портиками, как правило, в духе классицизма. Много в таких домах парадных комнат. Естественно, что для залов, гостиных, столовых, кабинетов, спален требуется многочисленная мебель. Мебель делали не только в Петербурге и Москве, но и в других городах, многие предметы выполняли крепостные мастера. Т.М. Соколова приводит описание А.Т. Болотова, который в связи с празднованием своих именин выломал все старинные лавки и полки и привел свой дом в соответствие с наступившей модой — выбелил потолок, стены, печь, выкинул дубовый стол, отыскал модный, вместо лавок сделал канапе и дюжину стульев282.

К концу XVIII века усадьба становится хранителем семейной истории, вот почему здесь появляются отдельные комнаты, в которых висят портреты предков, так называемые портретные или портретные галереи. Аристократические усадьбы во многом подражали царскому двору, что проявлялось и в мебели, и в увеселениях и зачастую носило показной характер. Здесь были театры, концерты, крепостные актеры и музыканты. Не всегда это оказывалось возможно. Типичным дворянским гнездам приходилось умерять роскошества умеренностью введения хозяйства.

281 Кони А. Ф. На жизненном пути. Т. 1. СПб., 1913. С. 13-14.

282 Соколова Т. М. Очерки по истории художественной мебели XV—XIX вв. Л., 1967. С. 125.

© С. Т.Махлина, 2006

Но мебель часто была превосходной, фанерованная красным деревом, карельской березой и тополем.

Уникальное произведение искусства — усадьба Шереметевых в Останкино. Дворец выстроен в конце XVIII века из дерева и точно воспроизводит все стилистические особенности каменных дворцов эпохи классицизма. Лепнина, стенные панно, люстры, курильницы, а также декорирующие стены фигуры выполнены из дерева. Мебель в этом дворце -кресла, консоли, треножники, торшеры — безупречна. Ряд блистательных залов окружают главный Театральный зал. Большое значение уделено цвету, именно он определяет название помещений — Голубой зал, Пунцовая гостиная. В Голубом зале голубой и синий цвет присутствуют в окраске стен, штофной атласной обивке мебели, в стеклянных стержнях люстр и в керамических медальонах фабрики Дж. Веджвуда, в светильниках. Наборные полы из палисандра, пальмы, карагача, красного и черного дерева, отечественных дуба и березы и др. Останкинская усадьба -шедевр русского классицизма конца XVIII века.

В XIX веке усадьба — неотъемлемая часть городской культуры России. Она представляла собой целый мир, «микрокосмос», который соединял в единое целое дом, хозяйственные постройки, сад, пашню, лес, речку, пруд, живущих здесь людей283. Каждая усадьба представляла собой образ уникального микромира, ибо строилась в соответствии с личностью владельца, его отношений с окружающими, нередко отражая его чудачества. Как правило, все владельцы усадеб оставили в прошлом активную карьеру, шумную столичную жизнь и строили свое частное домашнее пространство, защищенное от вторжения государственной политики. Если в XVIII веке усадебная жизнь была в целом скромной и почти одинаковой по всей России, то в XIX веке усадьба меняется. «Хоромы наши были маленькие… обыкновение тогдашних времен приносило то с собой, что состояли они по большей части в пустых и нежилых покоях. Например, было в них двое превеликих сеней, из которых… были передние совсем пусты, а в задних был только один ход наверх. Из сеней. был вход в переднюю, или, по-нынешнему, залу. все украшение ее состояло в образах простых и в киотах. Как окошки были небольшие. то царствовала в сей комнате сущая темнота. За ней следовала. самая та комната, которая была у матери моей и гостиною, и столовою, и спальней, и жилой. Что принадлежит до мебелей, то нынешних соф, канапе, кресел, тамбуров, комодов, ломберных и других разноманерных столиков и прочего тому подобного тогда еще не было в обыкновении, гладенькие и чистенькие лавочки вокруг стен и много-много полдюжен-

283 Березовская Л. Г. Введение в историю русской культуры / Л.Г. Березовская, И.П. Берлякова. М., 2002. С. 226.

ки стульев»284. В богатых дворянских усадьбах, где жили обученные крепостные мастера, «не скованные ценой или жесткими требованиями заказчика, не ограниченные во времени, создавали оригинальные произведения, призванные в рамках общеевропейской культуры удовлетворять присущую русскому барству тягу к повышенному удобству, комфорту, безмятежно-созерцательному времяпрепровождению»285. Помимо дворянских усадеб были распространены усадьбы всех сословий. В сибирских городах, например, усадьбы купцов, крестьян, казаков, поселенцев мирно соседствовали друг с другом. Они не отличались от дворянских усадеб, но, понятно, давали представление о материальном достатке хозяев. Как правило это были деревянные двухэтажные дома, реже одноэтажные, часто с мезонином.

Усадьба, где прошло детство В.Г. Белинского, находилась в небольшом уездном городке Чембаре Пензенской губернии. В 1948 году город был переименован в Белинский, к 90-летию со дня смерти В. Г. Белинского здесь был открыт мемориальный музей. Отец критика, Григорий Никифорович Белынский (так писалась фамилия), родился в семье священника. Музей дает представление о характере интерьера усадьбы первой половины XIX века. Дом имел обширный двор и хозяйственным строением, амбарами, погребом, каретным сараем, конюшней и особой кухней, примыкающей к заднему входу в дом и отделенной от него сенями. Позади двора — обширный огород, на лето его засеивали овощами. На огороде стояла баня с двумя предбанниками, настолько вместительная, что здесь размещали гостей и использовали ее как временный лазарет для привозимых из деревни больных. В доме семь комнат: прихожая, кабинет отца, гостиная, детская, буфетная, столовая и спальня. В кабинете отца хранились медицинские инструменты (он в 1809 году закончил Петербургскую медико-хирургическую академию и работал штаб-лекарем). Комнату украшал портрет Вольтера, отражая атеистические воззрения хозяина. На письменном столе — бронзовая чернильница, изображающая кока с кастрюлькой — память о службе в морском ведомстве, гусиные перья, футляр для лекарского карманного набора, книги, в комнате — кресла, стулья. В гостиной небольшой книжный шкаф из карельской березы у двери, овальный столик у окна, кресла, овальный преддиванный стол, диван, в углу — кадка с растением. В детской — кресла, стулья, шифоньер, ломберный стол перед диваном, комнатные растения в кадке и на окнах, стены украшают портреты и пейзажи. В столовой — напольные часы работы пензенского крепостного

284 Русские дворянские усадьбы // Наследие, 1994, № 29-30. С. 8.

285 Гусева Н. Русская мебель в стиле «жакоб» // Пинакотека, 1998, № 4.

С. 5. 182

мастера, буфет, большой стол, стулья. На стенах две картины, вышитые матерью В. Г. Белинского.

Стиль бидермайер получил наиболее яркое претворение в дворянских помещичьих усадьбах.

Особый тип усадеб — фабричные. Когда стали зарождаться фабричные промышленные текстильные производства, возникали они сначала в обычной крестьянской избе, затем рядом с жилым домом крестьянина-предпринимателя стали появляться специальные производственные постройки. Примером такого рода является усадьба Ефима Ивановича Грачева, «одного из первых фабрикантов Иваново-Вознесенска»286 Эта усадьба уже не похожа на крестьянский дом, несмотря на то, что, когда ее строили, хозяин был крестьянином графа Шереметьева, а скорее напоминала усадьбу дворянина третьей четверти XVIII века. Такой тип жилой и одновременно промышленной крестьянско-купеческой усадьбы существовал до середины XIX века. Быт этих людей был без признаков роскоши, что, безусловно, отражалось на интерьерах. Несмотря на то, что хозяева этих усадеб сумели выкупиться из крепостной зависимости, они поначалу оставались основными работниками своих мастерских и сохраняли крестьянские привычки. «Подобно тому, как средневековый феодал любовался из своего замка на красивый вид подчиненного ему города, так и в фабричных селах жилая усадьба предпринимателя нередко строилась так, чтобы от нее открывался наиболее эффектный вид на мануфактуру»287.

Во второй половине XIX века усадьба могла представлять собой небольшой двухэтажный домик, хозяйственные постройки, 162 десятины земли. Такова усадьба Н.А. Некрасова, купленная им в 1871 году. Здесь была прихожая, гостиная с камином, кабинет хозяина дома, комната его спутницы жизни, комната для гостей.

Представление об усадьбе конца XIX — начала XX века дает дом-музей Л.Н. Толстого в Ясной Поляне.

В доме имеются передняя, маленькая комната для прислуги, зал, гостиная, кабинет, спальня, комната С. А. Толстой, «ремингтонная» или секретарская комната, библиотека, комната под сводами и комната для приезжающих. Из небольшой передней, где стояли и экспонируются сейчас березовые шкафы с книгами и шкаф у печки с ружьями и охотничьими принадлежностями, направо ведет дверь в небольшую комнату для прислуги, а налево находится лестница, ведущая на второй этаж. По вечерам лестница освещалась керосиновой лампой.

286 Шорбан Е. Архитектура фабричных поселений в русской провинции на рубеже XIX—XX в. // Модерн и европейская художественная интеграция / Материалы международной конференции. М., 2004. С. 423.

287 Там же. С. 425.

На площадке второго этажа стоят напольные часы, книжный шкаф и шкаф с посудой. В современной экспозиции представлено больничное кресло, выписанное из Москвы в Крым, когда Толстой тяжело болел в 1901—1902 годах и которым он пользовался в Ясной Поляне в 1908 году, когда у него было растяжение связок на ноге. Здесь же расположены четыре двери в зал, гостиную, библиотеку и на чердак. На стене висят портреты.

Направо с площадки дверь ведет в залу — так эта комната называлась при жизни писателя, — где за большим обеденным столом ежедневно собирались семья Толстого, посетители, молодежь. На стенах фамильные портреты в тяжелых золоченых рамах, старинные зеркала в резных рамах начала XVIII века, мебель красного дерева, «вольтеровское кресло», ломберные столы с инкрустацией, подсвечники (все это было связано с детскими годами), наряду с ними — венские стулья, обитая клеенкой кушетка, простые столы работы домашних столяров и живописные портреты современников Льва Николаевича — И.Н. Крамского, И.Е. Репина, В. А. Серова. В этой зале были уютные уголки по моде середины XIX века. Большой круглый стол красного дерева с лампой под большим бумажным плиссированным абажуром, с чернильницей и картами расположен в левом углу комнаты. Рядом диван и кресла. В противоположном углу венские кресла, два дивана и круглый стол (место для молодежи). Шахматный столик напоминает о приверженности Толстого к этой игре. О любви к музыке свидетельствуют два рояля, на которых играли и сам Лев Николаевич, и многие музыканты — С.И. Танеев, А. С. Аренский, А.Б. Гольденвейзер, К.Н. Игумнов, Ванда Ландовска, этажерка с нотами. Интерьер позволяет проследить историю смены стилей, оставивших след в жизни усадьбы.

Через зал входили в светлую, в два окна, небольшую гостиную, в которой в холостяцкую пору писателя жила его дальняя родственница Татьяна Александровна Ергольская. Лев Толстой описал эту комнату: «Комната была такая: в левом углу была шифоньерка с бесчисленными вещицами, ценными только для нее, в правом — кивот с иконами и большим, в серебряной раме Спасителем; посредине диван, на котором она спала; перед ним стол. Направо дверь к ее горничной. Между окнами под зеркалом был ее письменный столик с баночками и вазочками, в которых были сладости: пряники, финики, которыми она угощала меня. У окна два кресла и направо от двери вышитое покойное кресло, на котором она любила, чтобы я сидел, и я часто сидел на этом кресле по ве-черам.»288. Когда Лев Николаевич стал жить здесь со своей семьей,

288 Толстой Л. Н. Полное собрание сочинений: в 90 т. Т. 34. М., 1992. С. 367. 184

комната приобрела иной вид (представлен в современной экспозиции). Налево от двери из зала в кабинет стоял круглый стол красного дерева, возле него диван 1850-х годов и два кресла из персидского ореха. У стены, отделявшей гостиную от кабинета — кушетка. Рядом с ней бамбуковый столик с майоликовой доской. Около окна небольшой шкафчик в «русском стиле». На стенах — портреты членов семьи Толстого и близких им лиц, пейзажи. Висит здесь и фотография, изображающая гостей семьи за чайным столом.

В кабинете великого писателя — вещи, которые были спутниками его жизни. Старинный письменный стол со шкатулками для бумаг, пресс-папье — бронзовая собачка не круглом постаменте из красного мрамора (принадлежала Т. А. Ергольской) — и пресс-папье из зеленого стекла, подаренная работниками Дятьковского Мальцевского хрустального завода в 1901 году, фотопортреты трех братьев Толстых — Николая, Дмитрия и Сергея. Перед столом детское кресло дочери писателя Татьяны Львовны (писатель из-за близорукости любил сидеть на низких стульях). Над письменным столом полка с книгами. У стены обитый клеенкой, а в былые времена кожей диван, на котором родились Л. Н. Толстой, его братья, сестры, дети и на котором он отдыхал после работы. В ящиках дивана Л.Н. Толстой хранил рукописи, к которым не разрешал прикасаться. У противоположной стены круглый стол и кресло, в углу «рогатое кресло» начала XVIII века. У двери в спальню — фонограф. Рядом простой стол и этажерка, соседствующие со старинными креслами с решетчатыми спинками, принадлежавшими отцу Льва Николаевича. На стенах портреты, гравюры, фотографии.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Рядом с кабинетом комната, служившая спальней писателю в 1862— 1910-х годах. Налево от двери из кабинета шкаф-бюро красного дерева от отца. «Вот из этой самой шифоньерки отец рассыпал золотые, а мы, дети, их собирали», — вспоминал в 1902 году писатель289. Рядом с умывальником два ведра, в которых сам Лев Николаевич приносил себе чистую воду и уносил грязную. На вешалке палка-стул — неизменный спутник во время пеших прогулок. Против двери из кабинета железная, окрашенная в коричневую краску кровать с двумя волосяными матрацами, покрытая вязаным одеялом с греческим узором работы С. А. Толстой. На кровати маленькая подушечка, вышитая сестрой Толстого Марией Николаевной. У кровати тумбочка, принадлежавшая Ергольской, на ней салфетка, часы с подставкой, колокольчик, подсвечник. Около окон старинные отцовские кресла, под зеркалом ломберный стол, на стенах портреты.

289 Там же.

В комнате С.А. Толстой, в которой с 1894 по 1897 год жили дочери Толстых или приезжавшие близкие, на стенах — многочисленные фотографии детей, внуков, родственников и друзей Софьи Андреевны. Между окнами небольшой письменный стол работы местного столяра, на нем два старинных хрустальных подсвечника, принадлежавших некогда матери Льва Николаевича, керосиновая лампа под абажуром. Перед письменным столом рабочее кресло. У окна рядом с письменным столом швейная машинка, около нее дамский рабочий столик. Трельяж второй половины XIX века соседствует с вещами конца XVIII века. Под иконой в углу старинное бюро-шифоньерка красного дерева, принадлежавшее Ергольской, рядом туалет, над диваном портреты семьи Толстых, Берсов и друзей. Здесь же кровать С. А. Толстой, купленная ей сыновьями в 1906 году, над которой висят фотографии умерших детей Толстых, портрет Л.Н. Толстого 1910 года и этюд Н.А. Касаткина, изображающий могилы Алексея и Ивана на Никольском кладбище под Москвой. Многочисленные сундуки, ящики, корзины делают пространство комнаты эклектичным и заполненным.

Во втором этаже расположены в северной стороне ремингтонная (секретарская) комната и библиотечная. Ремингтонная в 1862—1863 годах была комнатой Софьи Андреевны, с 1863 по 1864 — детской и комнатой няни, с 1864 по 1866 — кабинетом, с 1907 — комнатой секретаря писателя. Когда Льву Николаевичу в жаркие летние дни становилось трудно работать в кабинете, он уходил заниматься в «секретарскую» или в библиотеку. Интерьер «секретарской» таков: у окна на маленьком столике пишущая машинка «Ремингтон», диван, простой стол с четырьмя ящиками, старинный полукруглый комод, венские стулья, два кресла. У двери столик, на нем копировальный пресс, с помощью которого снимались копии с писем Толстого. У печи на стене этюд Ю.И. Игумновой — изображение лошади, на которой ездил Л.Н. Толстой, над диваном два пейзажа, у окна гелиогравюра с картины Венцеслава Черного «Сожжение Яна Гуса».

Рядом с «секретарской» комната, которая до 1871 года служила столовой. Дверь из нее вела в малую гостиную, которая одно время была кабинетом писателя. Затем здесь помещались классная, комната гувернанток, детская, а с конца 90-х годов, после смерти Ивана, — библиотека с девятью книжными шкафами, рабочая комната дочерей, комната для приезжающих. Из этой комнаты двойная дверь ведет в «комнату под сводами». В давние времена здесь хранили окорока, затем она была столовой, детской, кабинетом. Музей экспонирует здесь старинное длинное кресло с прямоугольной, слегка отодвинутой назад спинкой и высокими локотниками. У левой стены старинный туалет с тремя зеркалами, принадлежавший тетке Толстого П.И. Юшковой. На письменном столе у

окна принадлежавшая тетке Толстого А.А. Толстой шкатулка красного дерева с инкрустацией черного дерева, изображающей монограмму «А. Т.» под графской короной. На стене около двери в «сундучную» портрет Л.Н. Толстого работы Ю.И. Игумновой (1902).

На первом этаже из передней ведет дверь в комнату для приезжающих. В ней два окна и дверь на террасу с южной стороны дома. Здесь был кабинет Толстого с 1871 по конец 1880-х годов. Комната разделена на две части тонкой деревянной перегородкой, сделанной в 1905 году, до этого она была перегорожена книжными шкафами. А.Ф. Кони описывал ее 1887 году: «Это была обширная комната… разделенная невысокой перегородкой на две неравные части. В первой большей, с выходом на маленькую террасу и в сад, стояли шкафы с книгами. Тут же, у стены, в ящике лежали орудия и материалы сапожного мастерства. В меньшей части комнаты находился большой письменный стол. У полок с книгами в этой части комнаты для меня была поставлена кровать»290. Из этого интерьера сохранились оленьи рога, стенной книжный шкаф, два кресла, преддиванный четырехугольный стол.

Как видим, интерьеры усадеб постоянно изменялись, соответствуя основным течениям и направлениям в осознании удобств и необходимых требований к быту. Эту динамику можно проследить в любой усадьбе.

290 Кони А. Ф. На жизненном пути. Т. 1. СПб., 1913. С. 13-14.

FILED UNDER : Справочник

Submit a Comment

Must be required * marked fields.

:*
:*